"А вот здесь, посмотри, мы нежимся в благоухающих маслах ароматных ванн, наполняемых бурлящей водой из горячих источников" - певучим голосом произнёс Артурус. Бронзовокожий, с блеском пронзительно-голубых глаз, он стоял рядом, почти с головы до ног закутанный в летящие на ветру одежды цвета благородного индиго. За широкий парчовый пояс был заткнут украшенный каменьями и инкрустацией мавританский бейбут, туго обхватывающий прямой как струна стан. "Вон там, в тех дубравах, под голубиные воркования и хлопанья крыл мы забавляемся полуденными игрищами. Затем, подустав от весёлых забав, укладываемся спать в тени вековых деревьев, раскинувших свои вечнозелёные кроны у подножия скалы, внутри которой находится пещера Великого Божества. А рядом с той каменной площадью, украшенной величественными изваяниями нимф у входа в храм, на закате дня появляется принесённый из-за стен города огромный глиняный сосуд, до краёв наполненный священной амброзией. Горожане боятся, что если с нами не считаться, то мы устроим кровавую бойню-жертвоприношение в честь нашего Бога - Бога бессмертных. Самим же им под страхом смерти запрещено прикасаться к нашему эликсиру. Поэтому на закате дня по всей округе разносится священное благоухание из сосуда Вечности. Горожане не понимают нас, а мы не принимаем их. Как можно прожить всю жизнь в четырёх стенах собственной роскоши, окруженными удушающей волю заботой своих рабов, все ближе и ближе продвигаясь к смерти и даже не замечая этого, потому что на самом деле она наступила для них много раньше? Ведь боги их давно умерли. Мы же любим эти дубравы, забавные, беззаботные игрища, воркование наших птиц и освежающую нежную пенистость ванн. Мы любим Свободу."

"А во многих ли землях побывали вы, прежде чем попасть под стены этого города?" - спросил я, замирая от происходящих вокруг чудес.

"Много лет назад мы прошли по курганам дикой Скифии и пространствам Сарматии, побывав в землях Дакии, горной Испании и на скалистых берегах Британии. Попав в рабство к воинствующим карфагенянам, мы пересекли Моисеево море, проникнув в Азию, и исходили c купеческими караванами просторы Шeлкового Пути. Во дворцах Великих Могол мы обучались поэзии и премудростям шахматной игры. А в зарастриских храмах жрецы посвящали нас в мистерию Солнца. Со временем дни, месяцы и годы слились в одно и перестали существовать."

"Сколько же вам всем лет?" - выдохнул я, зачарованно уставившись в даль.

"Ты задаёшь слишком много вопросов. Когда-нибудь ты все узнаешь сам." - мелодично пропел Артурус. Последние его слова плавно переросли в лёгкий шёпот и слились с шелестом трав. Я обернулся и пристально посмотрел в их сторону, но они исчезли в одно мгновение вместе со скалой, храмом, дубравой и городом, растворившись в тумане вечерней тиши. И только нежное, еле слышное воркование голубей, да тонкий аромат амброзии напоминали ещё об увиденном.